Silloin täällä täyttyi huolettomain huoneet
Aina sitä samaa: sanoo meidän täällä olleen
Yön, heilui kattohirret liitoksistaan tolleen
Ei kukaan meistä suinkaan surullinen ollut
Silloin täällä täyttyi huolettomain huoneet
Joka maljan maistoi huveihinsa juoneet
Joka maljan maistoi huveihinsa juoneet
Kerta porras valvoo narahduksen lailla
Astuu ohi joka poika ennen kuin on vailla
Jos vain kuulee ukko, ajaa vallesmannin vaunu
Silloin täällä täyttyi huolettomain huoneet
Joka maljan maistoi huveihinsa juoneet
Ja joka seinän nurkka näki ilojansa luoneet!
Äärellä hiljaa, tai vastaamme alkaa
Kantavat laineet kuin jää kantaa jalkaa
Kerran, kun kuuli, tuo kaislikkoon souti
Kaislikon kaikuvat noutajan nouti
Jatkuvaan juoksuun kinttumme suortuu
On voudilla vahvat, vaan meilläpä nuortuu
Eksyy se poika, tai karaa puuhun
Vois' naurukin tarttua noutajan suuhun
Ei pelkää poika, joka raikuliksi varttuu
Sen mukaan erilaista väkee aina vähän tarttuu
Tänään on tänään, ei huomisesta tiedä
Silloin täällä täyttyi huolettomain huoneet
Joka maljan maistoi huveihinsa juoneet
Silloin täällä täyttyi huolettomain huoneet
Joka maljan maistoi huveihinsa juoneet
Ja joka seinän nurkka näki ilojansa luoneet!
Vartoo paikan paino, vaan ei laulu laannu
Vaan ei laulu laannu: taannu tauti, taannu!
Когда-то беззаботные залы полнились людьми.
Всегда одно и то же: сказ о том, что мы были здесь
Проводили ночи, потолочные балки буквально сотрясались.
О, нет, мы уж точно не хандрили
Когда-то беззаботные залы полнились людьми.
Те, кто пил ради удовольствия, выпивали всё до капли
Те, кто пил ради удовольствия, выпивали всё до капли.
Лестница оживает со звуками скрипа
Каждый мальчишка присоединится, прежде чем покинет нас
Но если старик услышит — прибудут служители порядка.
Когда-то беззаботные залы полнились людьми.
Те, кто пил ради удовольствия, выпивали всё до капли
И в каждом углу находилось место радости!
Не шуми, не то придётся держать ответ.
Волны несут нас, точно корка льда — ноги.
Однажды, когда было ветрено, послышался шум камыша
Его отзвуки принесли с собою Мрачного Жнеца.
Ноги наши закалены постоянным бегом
Ноги надзирателя крепки, но наши — моложе.
Мальчишка сгинет или взберётся на дерево
Заразительный смех может сразить даже самого Жнеца.
Мальчик не испытывает страха, он вырастает шельмой
Это ждёт каждого, кем бы он ни был.
Сегодня есть сегодня, и кто знает, что будет завтра
Когда-то беззаботные залы полнились людьми.
Те, кто пил ради удовольствия, выпивали всё до капли
Когда-то беззаботные залы полнились людьми.
Те, кто пил ради удовольствия, выпивали всё до капли
И в каждом углу находилось место радости!
Значимость места растёт, но песня не смолкает
Но песня не смолкает: сгинь, недуг, сгинь!
