Eikä meitä muita siellä tunnettu
Meidät nähtiin vain yhden takaa
Joka heilui niin pirusti kuin humala on miestä
Aina ajanut ennen kuin makaa
Sitä lattiaa siivottu on koko viikko
Ja heiniäkin kannettu mettään
Nyt yksi siellä potkii ja heinäkenkä heiluu
Niin sujuvasti, ettei osu kettään
Siellä pöytiä pinottu toisensa selkään
Ja vedetty on nyöreillä piukkaan
Mutta heiluva vieressä iloa kun pitää
Löytää kinttu jo liiankin liukkaan
Sitä riemua riittää kun lattiaa käypi
Ja naurua hamehelmain alla
Eikä nouse se potkija heinäkenkä-herra
Vaan yhä kierii lattialla
Sitten vuoro on siikasen naapurin aitan
Ja vuoronsa komiasti käyttää
Sitä joka poika tahtoisi kylilläkin viedä
Vaan aina niiaa ja selkänsä näyttää
Joka parru on seinässä viulusta kuullut
Joka hirsi on hanurien veikko
Ne on seisoneet lystien pitojen päällä
Aina aamuun, kun mies ompi heikko
Sinä liiku ja jalkoja liikuttele
Sinä korttasi kanna ja laula
Se on laulu kuin pajunoksa pellolla
Jolla kuultava, kultainen kaula
Sitten lähtee se Hermanni hölkälle
Jonka housut on paikattu jälleen
Sillä jalka kun nousee ja koko kylä soi
Kuka muu voisi tanhuta tälleen?
Jo on pitoa yllin ja kyllinkin
Jo on pitoa pirtistä kuultu
Eikä laannu se laulu ei soittokaan
Vaikka joskus on väärin niin luultu
Sieltä iskevät tulta ja tarinaa
Tähän yöhön kuin raitilla herrat
Sitä etsiä saa tänä päivänä täältä
Kuinka elettiin tuhannet kerrat
И никто из них не знал нас
Ибо мы скрывались под личиной тех
Кого шатает так, будто он вообще не просыхал
Мы кутили всласть, прежде чем уснуть.
Пол здесь драили всю неделю
Даже сено утащили в лес.
Теперь кто-то кувыркается в нём, и сено качается
Но так плавно, что и опасаться нечего.
Столы выстроены в ряд
И закреплены бечевками.
Но тому, кто рядом, неимоверно весело
И его ноги сами пускаются в пляс.
Когда топчешь пол — радости море
И под юбками слышен звонкий смех.
И тот сударь, что раскачивает сено, не встаёт
А всё продолжает валяться на полу.
А затем настаёт пора заглянуть в амбар к соседке
И свой черёд она использует с умом.
Каждый парнишка мечтает прогуляться с ней по деревне
Но она вечно ворчит и поворачивается спиной.
Каждая стенная балка слыхала скрипку
Каждое бревно — игру гармонистов.
Все они возглавляли шумные празднества
До самого утра, когда едва могли стоять на ногах.
Двигайся и шевели ногами
Не упусти удачу и пой.
Песня эта — точно веточка вербы на поле
С едва заметной, золотистой шейкой.
Затем Херманни отправляется на пробежку
Штаны его были перештопаны вдоль и поперёк
Ибо когда стоит поднять ногу — и вся деревня играет музыку
Кто ещё может так отплясывать?
Празднество в самом разгаре
Звуки его слышны из дома.
Ни песня, ни инструменты не стихнут
Кто думает иначе — ошибается.
Там разжигают огонь, там звучат истории
В эту ночь, когда господа трезвы
Ты можешь послушать о том
Как они жили тысячи раз.
